К вопросу о контроле

Поступки осознанно сновидящих отличаются таким же разнообразием, как и поступки бодрствующих людей. Некото­рые из наших действий чисто рефлекторны. Находясь в осоз­нанном сновидении, мы можем, например, ходить, не теряя равновесия. Другие — инстинктивны: если нас что-то испугало, мы бежим. Большинство действий обусловлены привычкой: мы не теряем способности вести машину даже тогда, когда по­нимаем, что спим. Наконец, существуют намеренные действия: иногда мы сдерживаем желание убежать, даже несмотря на пугающие события, происходящие в осознанном сновидении. (Отказ от действия — это форма намеренного действия.) Я перечислил здесь четыре формы действий — от самых бессозна­тельных и автоматичных до наиболее сознательных и добро К вопросу о контроле­вольных. Чем выше уровень наших действий, тем большей свободой мы обладаем. Свобода — это выбор. Нередко этот выбор пугает нас, и мы, как правило, выбираем одно и то же. Однако во многих случаях намеренное действие более приемле­мо, чем привычное или инстинктивное. Намеренное действие может заставить нас не бежать от опасности, добровольно встретиться лицом к лицу со своими страхами и преодолеть их. Большинство наших поступков представляют собой сложное сочетание всех четырех уровней действий. Наивысший уровень, доступный нам, определяется тем, насколько в данный момент мы руководствуемся своим сознанием.

В отличие от обычных людей, поступки осознанно сно­видящих носят более добровольный характер и более К вопросу о контроле сознатель­ны. Опытный осознанно сновидящий способен проявлять во сне такую же свободу выбора, как и в обычной жизни. Так же как вы можете решить, читать вам следующее предложение или нет, осознанно сновидящий может выбрать то, что будет делать дальше. Проиллюстрируем это сном Сен-Дени:

... Мне спилось, что погожим днем я прогуливался вер­хом. Вдруг я понял, что сплю, и решил определить, могу ли я применить волю для управления своим пове­дением во сне. «Ладно, — сказал я себе, — эта лошадь — лишь иллюзия. Местность, по которой я проезжаю, не более чем сценическая декорация. Даже если бы все вокруг не было К вопросу о контроле плодом моего воображения, я все равно мог бы управлять всем этим». Я решил перейти на галоп — и перешел. Решил остановиться — и оста­новился. Я оказался перед дорожной развилкой. Пра­вая дорога уходила в густой лес, левая вела к раз­валинам какого-то поместья. С особой ясностью я ощутил, что могу выбрать любую, заставив тем самым свое воображение дорисовывать образы либо раз­валин, либо леса.(9)

Нет сомнений, что способность добровольного действия является одной из самых замечательных особенностей осознан­ных сновидений. Сновидцы испытывают неописуемый восторг, открывая, что могут делать почти все, что хотят. Они могут, например, отменить закон тяготения и воспарить в небеса К вопросу о контроле. Они могут отправиться в Гималаи и взобраться на высочайшую вершину без страховок и проводников. Они могут даже заняться исследованием Солнечной системы, отказавшись от скафандра!

Возникают два вопроса, касающиеся контроля над осознан­ными сновидениями. Первый звучит так: как далеко может заходить этот контроль? Это зависит от множества факторов: от опытности сновидца, от степени психологического развития, достигнутой в бодрствующем состоянии, от ожиданий отно­сительно собственного поведения в мире осознанных снови­дении.



В один ряд с перечисленными психологическими факто­рами стоит поставить и психологическое состояние. Мгновен­ное состояние мозга осознанно сновидящего ограничивает сте­пень доступности намеренного контроля. В особой мере это касается К вопросу о контроле способности управления обстановкой сна — специфи­ческой формы «эго сна». Сам Сен-Дени отмечал, что ему ни­когда не удавалось руководить всеми частями сновидения. С другой стороны, тибетцы утверждают, что мастера йоги сно­видений могут делать в своих снах все, что захотят, включая визиты на любые уровни существования.

Второй вопрос касается того, какой тип контроля наиболее желателен и приемлем. Существуют два его вида. Один из них — магическое манипулирование персонажами сна, отличными от эго. Иными словами, это управление «ими» или «этим». Именно этот тип контроля чаще всего не срабатывает для боль­шинства из нас (исключая опытных мастеров). Однако К вопросу о контроле подоб­ное ограничение поистине благословенно. Дело в том, что, на­учившись в осознанных снах решать свои проблемы с помощью магического участия, мы можем начать ошибочно надеяться на то же самое в реальной жизни. Допустим, например, что в своем сне о великане мне бы захотелось обратить своего противника в жабу и что я действительно был бы способен разрешать все­возможные неприятности таким образом. Смогла бы помочь мне эта способность, если бы я однажды столкнулся в конфликте со своим боссом или другой авторитетной фигурой, кажущейся мне настоящим великаном, несмотря па мое бодрствующее состояние?

Другой тип контроля, доступный осознанно сновидящим, это самоконтроль — управление нашим собственным К вопросу о контроле эго во сне. Мы можем соразмерять нашу ответственность за содержание сна, эту способность можно с успехом применять и в бодрству­ющей жизни. Таким образом, сны могут научить нас лучше жить и ночью и днем. Например, сражаясь с великаном в своем сне, я приобрел достаточное количество самоконтроля и уверен­ности в себе — качеств, полезных и в обычной жизни. По этой причине я хочу дать совет тем осознанно сновидящим, которые хотят стать мудрыми: «Управляйте собою, а не сном».


documentaqgjbkj.html
documentaqgjiur.html
documentaqgjqez.html
documentaqgjxph.html
documentaqgkezp.html
Документ К вопросу о контроле